Показать сообщение отдельно
Старый 04.07.2012, 03:02   #38 (permalink)
Владимир
Необычный игрок
 
Аватар для Владимир
 
Регистрация: 15.07.2009
Сообщений: 5,229
Репутация: 1866
Владимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to behold

Награды пользователя:
1 место в турнире 1 место в турнире 1 место в турнире 1 место в турнире 1 место в турнире 2 место в ФЛ WSOP 2 место в турнире 2 место в турнире 3 место в турнире 3 место в турнире 
Всего наград: 11

По умолчанию Re: Петрович и Покер.

Четвертый день, в итоге, завершился. Стек Витюни был настолько мал, что снова предстояло рисковать. В итоге, Витюня вылетел в пятый турнирный день на 148 месте, положив в свою копилку около семидесяти тысяч долларов. Это было прекрасное достижение для молодого парня. Пятьдесят тысяч, как мы помним, ему подарил Петрович, семьдесят он заработал в турнире. Из Америки Витюня возвращался довольно таки состоятельным человеком. Как он вылетел? Да, собственно, стандартно для его стиля игры – он снова дождался того момента, пока блайнды чуть ли не полностью опустошили его стек и, запушив, проиграл ол ин. Ошибочная ли такая стратегия? Отчасти, несомненно. Чтобы играть на попадание в финальный стол необходимо не давать блайндам беспрепятственно съедать свой стек, а пытаться играть в более агрессивном стиле. Но давайте подумаем, как это сложно сделать, когда продвижение вверх по призовому списку всего лишь на одну позицию приносит тебе несколько тысяч долларов. Чтобы не обращать внимания на сумму выигрыша в таком турнире, нужно совершенно абстрагироваться от денег. Это возможно лишь в двух случаях – либо внесенный тобой турнирный бай ин должен быть для тебя смехотворной суммой, либо деньги тебя не должны интересовать принципиально. Увы, Витюня не соответствовал вышеописанным параметрам. В турнире он играл лишь потому, что так захотел Петрович. Будь его воля, то перед турниром Витюня вообще предпочел бы просто получить бай ин, а не рисковать огромной для него суммой.

А что Петрович? Петрович снова тащил. Он перешел в шестой день, затем в седьмой имея средний на тот момент стек. Что это было? Удача? Несомненно. Но, согласитесь, в таком турнире одной лишь удачи недостаточно. Правда, с уверенностью можно сказать и еще одну фразу – одного мастерства в таких турнирах также недостаточно. Следовательно, согласимся с тем, что мастерство, пусть и несколько нестандартное, в совокупности с огромной удачей привели Петровича к столь высокому месту в этом турнире. Всего шестьдесят один игрок остался за столами. Семь с половиной тысяч человек боролись за призы в турнире, и теперь оставался лишь один из каждой сотни. И наш Петрович невероятным образом стал одним из счастливчиков, которым предстояло бороться за внушительные деньги.

К середине седьмого дня в турнире оставалось всего тридцать шесть человек. Именно тогда случилось событие, о котором в последнее время мечтал Петрович – его встреча с Брансоном. Да, великий Дойл Брансон также добрался в турнире до настоящего момента. После очередного переформирования, к столу Петровича подъехала коляска, в которой сидел ни кто иной, как его кумир.

- Дойл – прошептал Петрович и уставился на Брансона. Наконец-то ему удастся сразиться за одним столом с великим профессионалом покера.

Взгляд Петровича и его улыбка были столь выразительны, что Брансон не понял, почему его появление вызвало у старика, сидевшего напротив него такой восторг. Он, конечно, привык купаться в лучах славы, но не до такой же степени, чтобы люди впадали практически в ступор от его вида.

- Что со стариком? – Поинтересовался он у дилера. – Почему он на меня так смотрит?- Дилер перевел вопрос Петровичу.

- Так это же Дойл Брансон. Я же его часто по телевизору смотрю. Всегда хотел с ним познакомиться. Мы ж с ним практически ровесники и оба в покер играем. Хороший он старик. Нам бы с ним пообщаться, так сказать, с глазу на глаз, поговорить о делах наших стариковских. - Расплылся в еще более широкой улыбке Петрович.

- Ясно. – Дилер обернулся к Брансону – Ваш почитатель. Фанат. Пообщаться с Вами хочет.

- Как его имя?

- Никола – снова заулыбался Петрович. Еще бы - сам Брансон обратил на него внимание.

- Гуд лак, Никола. Если найдете меня после турнира, то я думаю, что смогу уделить вам несколько минут.

- Конечно, найду. – Петрович был доволен. Совсем скоро ему удастся пообщаться со своим кумиром.

Турнир продолжался. Ближе к вечеру в турнире осталось всего тридцать человек. Петрович пока держался, но, увы, его стек таял с каждой раздачей. Изрядно помог ему в этом, как не прискорбно слышать, именно Дойл Брансон. Почему то именно Дойл не поддавался на уловки Петровича и читал его как открытую книгу. Любой блеф, направленный в сторону Брансона, был обречен на провал. С неизменной улыбкой на лице Брансон раз за разом принимал исключительно верные решения. Петрович злился, анализировал свои проигранные раздачи, но понять, почему Брансон видит его насквозь, не мог. Казалось, что он изначально видит силу руки Петровича. Да, это был сильнейший соперник, который больше всех впечатлил Петровича в этом турнире.

- Как ты видишь когда я блефую? – Задал вопрос Петрович?

- Опыт. – Улыбнулся Дойл.

Петрович затильтовал. Именно тильт и выбил его из турнира. Дождавшись, руки когда ему зашли карманные девятки, на бет с УТГ и рейз Брансона, который последовал вслед за этим, Петровичу почему то показалось, что его рука обязательно должна усилиться на флопе. С чем была связана эта уверенность? Да ни с чем. Она просто обязана была усилиться – ведь он столько фишек проиграл именно Брансону. Дождавшись своего хода, Петрович объявил ол ин и Брансон показал ему на вскрытии карманных тузов. Увы, флоп, тёрн и ривер прошли мимо Петровича. Тридцатое место принесло ему выигрыш около трехсот тысяч долларов.

Надо было видеть, однако, как рукоплескали Петровичу те двадцать девять игроков, которые продолжили борьбу дальше. Сам Брансон приподнялся со своего кресла и пожал руку Петровича, попросив того обязательно найти его после турнира для разговора.

Петрович уходил под аплодисменты игроков и всего зрительного зала. Зрители кричали «Браво». Старик, который добрался до столь внушительных призовых, однозначно был героем в их глазах. Брансон, конечно, также был героем, но к его геройству уже все привыкли.

Витюня, дождавшись пока Петрович добредет до него, крепко обнял его и приподнял над полом.

- Ну, старый, ты вообще… Гений, ас, гуру … - Витюне не хватало эпитетов для того, чтобы выразить своё восхищение. – Ну, ты дал…

Петрович стоял, понуро опустив голову. Он был очень недоволен – по его мнению, он проиграл в турнире. Еще бы - Петровичу наплевать было на выигрыш. Было только два места в турнире, которые, по его мнению, он мог занять – первое и не первое. То, что тридцатое место принесло ему огромную сумму денег, было ему совершенно безразлично. Он об этом совершенно не задумывался и узнает о сумме выигрыша лишь при его получении. Вероятно, именно это наплевательское отношение к деньгам и привело его к столь высокому достижению. Лишь одно обстоятельство смягчало его горечь поражения – он проиграл самому Брансону.

- Ты чем недоволен то? – Недоуменно спросил Витюня, видя в глазах Петровича не радость, а недовольство.

- А чему радоваться то? Проиграл же. – Петрович покачал головой. – Хитрый он больно. Ты представляешь, чего бы я ни делал, так он как будто мысли мои читает. Я говорю «мрака» на хорошей карте, а он сбрасывает. Говорю «кила» на плохой, а он всё равно ставку повышает. Как так можно? Не понимаю. Может он этот, как его… экстрасекс?

- Я тебя предупреждал, Петрович, что твои мрака с килой здесь не со всеми проканает. Профессионалы тебя быстро просчитают.

- Ну, Хельмут то вон не прочитал жа…Хотя, невнимательный он какой то – очки тёмные, музыку в наушниках гоняет во время игры. Нельзя же так. Сосредоточиться же нужно. Вот Брансон, конечно, молодец. Голова. И не отвлекается совсем. Знай только, улыбается, чего бы ни произошло. Уважаю. Ладно, хоть я ему проиграл.

- Хренасе ты проиграл. Совсем ты, гляжу, чумной. Тридцатое место в таком турнире выиграл. Всем бы так проигрывать. Ладно, пошли отдыхать. Хватит уже здесь торчать. Я за последние два дня во как – он провел ребром ладони по горлу – нагляделся.

- Погодь, не торопись. Мне еще с Брансоном покалякать нужно. Больно уж мне интересно спросить его как же он мои карты видел.

- Какой Брансон, старый? Нахрена ты ему сдался то? Да он с тобой и разговаривать то не будет. Пошли, говорю. Нашелся тут собеседник для Брансона.

- Погодь, говорю. – Петрович стоял как вкопанный. – Мы же договорились с ним побалакать. Вот и подождем его. До конца дня всё равно уже немного осталось. Стой тута. Со мной пойдешь. Будешь мне переводить, чего он скажет. Я всё равно по ихнему ни бельмеса не понимаю.

Витюня недоверчиво покачал головой. В то, что Брансон бросит все свои дела и будет общаться с Петровичем он, естественно, не верил.
Владимир вне форума   Ответить с цитированием