Показать сообщение отдельно
Старый 04.07.2012, 03:04   #42 (permalink)
Владимир
Необычный игрок
 
Аватар для Владимир
 
Регистрация: 15.07.2009
Сообщений: 5,229
Репутация: 1866
Владимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to beholdВладимир is a splendid one to behold

Награды пользователя:
1 место в турнире 1 место в турнире 1 место в турнире 1 место в турнире 1 место в турнире 2 место в ФЛ WSOP 2 место в турнире 2 место в турнире 3 место в турнире 3 место в турнире 
Всего наград: 11

По умолчанию Re: Петрович и Покер.

Глава 13. Возвращение.


Через пару дней наши путешественники шли с чемоданами по своему родному Бессонову. Петрович озирался по сторонам и хмурился.

- Ты чем недоволен, старый?

- Да ты представляешь, Витюня, вот я почитай всю жизнь в нашем городе прожил, а никогда доселе и не думал, что он у нас такой серый, невзрачный. В Америке то всё совсем по-другому было. Всё красиво, в огнях, весело.

- Да, это тебе не Рио де Жанейро. – мотнул головой Витюня - Но я тебе, старый, знаешь, что скажу? Америка тоже не вся так хороша, как Лас – Вегас. Да и Россия не вся такая серая, как наш Бессонов. Согласись, в Москве тоже не всё так плохо.

- Да, Москва тоже красивой стала. И не узнаешь её совсем. Как другой мир. Всё-таки, представь, как моя жизнь в последние месяцы изменилась. В Москве – побывал. В самолёте – полетал. В Америке – пожил. Во WSOP-е – поучаствовал. – Петрович загибал пальцы. - Да… Дела… Скажи мне кто-нибудь пол года назад, что я с самим Брансоном ручкаться буду. Мог бы я тогда в это поверить?

- Да ты, Петрович, полгода назад и про существование Брансона не знал. – Засмеялся Витюня. – А вообще, ты, конечно, молодец. Я очень рад, что у тебя всё получилось.

Так за разговорами друзья постепенно подошли к своему дому. Во дворе было всё как обычно – на лавочках сидели пенсионеры, радуясь солнечному дню, в песочницах, под присмотром тех же самых пенсионеров, резвились их внуки и внучки. За столиком сидели четверо старичков и резались в «Козла», разливая в перерывах между раздачами водку в пластиковые стаканчики. Казалось бы, что могло нарушить спокойствие в такой обыденный день?

Петрович поставил свой чемодан на асфальт и втянул ноздрями воздух. – Красота то какая, Витюнь. Дома мы. И никакой Америки не нужно. – Он улыбнулся, закрыл глаза и подставил лицо под солнце, пробивающееся сквозь листву. – Благодать.

- Вот ты типаж. – Усмехнулся Витюня. – Пять минут назад ты хмурился. Бессонов тебе, видите ли, не нравился. А тут смотри – аж светишься весь. Сколько я тебя уже знаю, но ты всё равно каждый раз сюрпризы выдаёшь. Сейчас-то ты чему рад?

- Эх, Витюня, доживёшь ты до моих годов, тогда и поймешь, что радоваться нужно всему, что происходит. Вот приехал я домой. Хорошо же, скажи?

- Чего же хорошего тебя дома ждёт? Опять лавка, поликлиника, друзья твои перезрелые?

- Ох, не скажи. Дом – он и есть дом. Дома, как бы плохо в нём не было, но всё равно хорошо. Это же дом, Витюнь. Родной как-никак.

- Ну-ну… Радуйся, тогда. Вон, гляди, увидали тебя. Чешут со всех щелей, как тараканы. Готовься. Сейчас еще качать тебя будут.

Во дворе тем временем действительно все переполошились. Старики бросили карты, не доиграв раздачу, и стремглав поковыляли к Петровичу. Внезапно поднявшийся ветерок сдул половину колоды со стола и разнёс её по всему двору словно опавшую листву.

Бабки, забыв про молодую поросль, также поднялись со своих лавок и двинулись в том же направлении, по дороге радостно жестикулируя друг с другом.

- Гляди-ка, мериканец наш приехал. Здорово, здорово. – Старики радостно хлопали Петровича по плечу.

- Батюшки, а загорел то как. Чистый негр. – Бабки качали головами, прижав ладони к щекам. – А помолодел то, помолодел. Лет десять, верно, сбросил.

- Ну как там Америка то? Расскажи, Петрович. Как ехали? Как твой похер, играл? Выиграл, али проиграл?

- Негров то видал? Как они, сильно черные? Как по телевизору?

- А шляпа то, шляпа. Прямо вылитый ковбой.

Петрович хлопал глазами. Вопросы неслись со всех сторон, и отвечать на них было бессмысленно – слишком уж много их было. Он рассматривал толпу, пытаясь найти Марью Ивановну, но её не было среди стариков. Марья Ивановна в это время одиноко сидела около своего подъезда и делала вид, что всё происходящее её совершенно не касается.

Первому все эти хлопоты вокруг Петровича надоели Витюне. – Хорош, орлы лавочные. Дайте человеку с дороги отойти. Расскажет он вам всё потом. – Он потянул Петровича за рукав – Пошли домой, поешь, помойся. Успеешь еще с народом пообщаться. – Он усмехнулся. – Хотел бы я посмотреть на ваше общение и на их лица. Пошли.

Петрович послушно взял чемодан и, гордо окинув взглядом всех присутствующих, произнёс вполголоса. – Через час выйду, расскажу всё.

Народ возрадовался. – Выходи, будем ждать. Эх, надо бы Ваньку с Манькой позвать и Семёновну с третьего подъезда. Интересно-то как…

Петрович с Витюней шли к своему подъезду. Народ шел за ними поодаль. Около соседнего подъезда Петрович внезапно остановился – на лавочке одиноко сидела Марья Ивановна и демонстративно смотрела в сторону подъездной двери. Петрович обернулся к Витюне – Слушай, Вить, ты иди, пожалуй. Дальше я сам. Потом увидимся.

Витюня пристально посмотрел на Петровича, затем на Марью Ивановну. – Ну-ну. Пойду я. Зайду к вечеру.

Петрович скромно присел около Марьи Ивановны, поставив чемодан на землю. – Маш, слушай, ты прости меня, дурака старого. Нужно же было свои дела с покером то порешать. Поэтому и не заходил к тебе.

Марья Ивановна молчала.

- Обижаешься? Что ж, заслужил. Согласен. Всё-таки ты не горячись, пожалуйста. Я же, не поверишь, очень часто о тебе думал, только зайти не мог. Некогда было, да и время еще тогда не пришло для разговора. А сейчас вот всё. Освободился полностью, можно сказать. – Он помолчал и продолжил. - Мне с тобой поговорить надобно бы. С глазу на глаз. Можно я вечерком зайду?

Марья Ивановна вновь оставила слова Петровича без ответа.

Петрович внезапно расстроился. – Ладно, ты извини меня. Я-то думал… Я же специально для нас … Я хотел как лучше, а вот видишь ... Пойду я, пожалуй. Ты не серчай только. Я же правда со всей душой хотел… Извини. – Он сделал попытку встать, но Марья Ивановна неожиданно вытерла рукавом глаза и повернулась к Петровичу.

– Ладно, давай попробуем поговорить. – Она посмотрела на толпу соседей, которые деликатно стояли метрах в десяти от них и шушукались между собой. – Вот ведь незадача. Неудобно то как… Приходи вечером. Часиков в полдевятого. Как раз сериал по первому заканчиваться будет. Всё меньше глаз будет. Квартиру мою знаешь.

Петрович обрадовался. – Так я это … Я обязательно… - Он схватил свой чемодан в охапку, еще раз взглянул на Марью Ивановну, попытался что-то сказать, но густо покраснел и практически вприпрыжку побежал к своему подъезду.

Марья Ивановна усмехнулась, глядя на помолодевшего Петровича, который улепетывал так, словно у него за плечами не было семидесяти лет. – Гляди ка … Жених …- Затем взглянула на соседей, мотнула головой и, не говоря ни слова, отвернулась и ушла домой.

- Вона чего еще у нас делается. - Соседи стояли в шоке. - Вот те на…

- Быстро она нашего мериканца то ухватила.

- Правильно, чего. Петрович хоть и старый, но с деньгами. По Америкам вон разъезжает.

- Ловкая бестия…

Постепенно старики дошли до подъезда Петровича и расположились там шумной кучкой, рассуждая о Петровиче, о его поездке в Америку и о их взаимоотношениях с Марьей Ивановной. Народ постепенно прибывал и к моменту выхода Петровича, у подъезда стояло и сидело уже человек двадцать.

Петрович открыл дверь в свою квартиру и зашел домой, где он не был более двух недель. Квартира встретила его ободранными обоями и застоявшимся затхлым запахом. Петрович поморщился и попытался открыть окна и проветрить комнату. Створки окон открываться не хотели, так как давно уже и не раз были закрашены вместе с рамой. Он взял нож, стамеску, молоток и через пять минут в комнату ворвались звуки двора. Он включил газовую колонку и зашел в ванную. Глянув в свою старую желтую в коричневых разводах ванную, он в сердцах плюнул в неё и решил принять душ. Разница в том уровне проживания, к которому он уже успел привыкнуть в Америке и тем, в котором он прожил всю свою жизнь, была настолько рачительной, что не замечать её Петрович уже не мог. Приняв душ, он переоделся в чистую одежду, еще раз оглядел свою комнату и, недовольно покачав головой, взял газету с бесплатными объявлениями.

- Алло, тут вы пишете, что у вас грузчики вроде бы как есть. Есть? Хорошо. Я понимаю, что платно. Кто сейчас задарма работать то будет? Что хочу? Да хочу, чтобы у меня всё из квартиры вытащили к такой-то матери и к мусорным бачкам всё снесли. Сколь вещей? Да немного – два шкапа, кровать, стол, стулья, да и еще на кухне пару тумбочек. Кады надо? Да прямо завтра с утра пусть и придут. Хорошо. Буду ждать.

Петрович еще раз оглядел всё своё незамысловатое убранство в комнате, плюнул прямо на пол и вышел на улицу, оставив окна открытыми.
Владимир вне форума   Ответить с цитированием